к списку новостей

Нападающий «Автомобилиста» Данил Романцев рассказал о том, как однажды бежал на предыгровое собрание, вспомнил наиболее удачные матчи нашей команды в этом сезоне, а также раскрыл секрет, кто наиболее активен в командном чате. Интервью было опубликовано в программке к предыдущим домашним матчам. 

— Ты трижды продлевал контракт с «Автомобилистом». Чувствуешь ли, что город Екатеринбург и наш клуб стали для тебя родными?
— Да, чувствую, что частичка моей души уже здесь. И чувствую, что я бы хотел, чтобы это продолжалось ещё дольше и дольше, потому что здесь и коллектив, и организация, и всё-всё-всё: болельщики, новый стадион — на самом высоком уровне. Поэтому я здесь только удовольствие получаю от всего происходящего.

— Переговоры о новых контрактах всегда давались легко?
— Всё всегда было легко. Буквально пару моментов уладили — и по рукам. Проблем в этом плане здесь у меня никогда не возникало.

— Насколько комфортно тебе жить в Екатеринбурге? Есть ли вещи, которые нравятся в городе больше всего, а какие-то — меньше всего?
— В целом, конечно же, очень комфортно. Огромный плюс, что наша арена располагается в центре города, для многих — в шаговой доступности. Поэтому очень короткий промежуток времени занимает дорога до стадиона и обратно домой. Да и в принципе город компактный, город уютный. Всё, что нужно конкретно нам, — всё есть. Жаловаться не на что. Не знаю, как ответить на вторую часть вопроса о том, что мне не нравится, — наверное, такого нет.

— Было такое, что из-за пробок куда-то опаздывал?
— Может быть, на какие-то незначительные мероприятия, встречи на несколько минут задерживался. Был, я помню, один раз: приехал впритык на предыгровое собрание, когда мы ещё играли в «Уральце». Я вышел из машины за несколько сотен метров от арены и бежал бегом. Если бы я этого не сделал, то точно бы опоздал. Хорошо, что я ехал на такси: свою машину я не смог бы так бросить. А так несколько раз пользовался метро из-за высокого трафика, но я никуда не спешил. К слову, это очень удобно — намного быстрее доехал до нужного мне места.

— В команде некоторые ребята живут за городом, кто-то — в центре, кто-то — в шаговой доступности от арены. Ты к какой категории относишься?
— Я не за городом живу, но и не прямо под окнами стадиона. Живу в черте города, можно сказать, в центре. Я еду на тренировку 15–20 минут. И не час с чем-то, но и не вижу каждый день арену из окна. Хотя она настолько красивая, что ею можно и правда любоваться.

— Какой матч больше всего запомнился и какой, с точки зрения игры, был наиболее удачным?
— С «Авангардом» домашний матч мне запомнился, когда мы выиграли 3:0. Очень самоотверженно, очень строго — все бились друг за друга, одной духовитой командой. И последняя игра перед паузой – с «Северсталью», - потому что всегда с ними тяжело играть, они для нас неудобный соперник. Последние годы уступали им, и где-то по игре они нас переигрывали. Тут, я считаю, мы им практически не дали шансов: наверное, только когда мы удалялись, в большинстве у них что-то возникало. А так мы их переигрывали по содержанию и, заслуженно, я считаю, победили. Такая и нужная, и важная победа.

— В этом матче в составе нашей команды дебютировал в КХЛ вратарь Никита Новосёлов. Ты, выходя на лёд, зная, что за спиной молодой вратарь, чувствовал ли дополнительную ответственность?
— Мы видели, как он тренируется, его же не откуда-то там выдернули, а он какое-то время проводил с нами. По его работе на тренировках, по тому, как он умеет ловить шайбу, уже была некая уверенность, что у тебя за спиной надёжный человек, который в случае твоей ошибки, оплошности всегда подчистит, исправит. Было желание помочь войти в игру и как можно лучше её провести. А переживать за него, трястись… Мы прекрасно понимаем уровень Никиты, и я надеюсь, что у него дальше всё будет только лучше и лучше.

— В этом сезоне у тебя почти 52 процента выигранных вбрасываний. Насколько для тебя, как для центрального нападающего, важен этот показатель?
— Я слежу за ним, но не так, чтобы пристально. Мне кажется, у меня процент выигранных вбрасываний последние годы всегда в районе 50. Мы отрабатываем этот элемент, смотрим видео, как центральные других команд действуют на точке и можем персонально под каждого готовиться. Из каждого вбрасывания стараемся выжимать максимум, потому что, как показал предпоследний матч перед паузой, одно вбрасывание может оказать прямое влияние на результат встречи. Поэтому это важный аспект. Но не скажу, что я слежу за цифрами, но мы работаем над вбрасываниями.

— Как нужно тренироваться, чтобы повысить этот процент?
— Объёмом тренировок, количеством повторений в тренировочном процессе. Также я думаю, что можно что-то перенять у других игроков, которые сильны на точке. Плюс анализ своей игры. Но первое, что, на мой взгляд, является самым важным, — количество и объём повторений на тренировках. Делать, делать, делать.

— На какие ещё цифры в индивидуальной статистике ты чаще всего обращаешь внимание?
— Я сейчас уже как-то меньше за цифрами слежу. А так понятно, что в первую очередь — это очки. Всегда смотришь, следишь за своей статистикой. Потом уже силовые, блокированные и остальные показатели. Если следишь, то следишь за всем, если нет — то тебе не важны все показатели, так сказать. За показателями какими-то стараюсь не гнаться, но, само собой, нужно стараться забивать и отдавать — это идёт на пользу команде. Хочется делать результативные действия в каждой игре. Чем больше ты делаешь, чем полезнее ты для команды, — тем лучше.

— А если долго не забиваешь, начинаешь ли как-то по этому поводу рефлексировать и заморачиваться?
— Безусловно. Это нормально для всех нападающих, да и у защитников, мне кажется, такое бывает. Смысл игры в хоккей — победить. А чтобы победить, нужно забить на один гол больше, чем соперник. А если ты не забиваешь, то начинаешь копаться в себе: почему так? Начинаешь искать причины, что улучшить, за счёт чего.

— Как выходить из этих переживаний, чтобы они тебя полностью не поглотили? Ты, как более опытный игрок, можешь дать на этот счёт совет молодым хоккеистам?
— Понятно, что в первую очередь — постараться меньше об этом думать. Но в то же время, когда тебе каждый день говорят о голах, тяжело не думать о них. Всегда нужно помнить, что всё приходит через работу, продолжать трудиться, стараться. На тренировках обращать больше внимания на завершение. А выходя на игру, думать о том, как принести больше пользы команде, как правильно сыграть в той или иной ситуации. Как только ты отпустишь мысль о заброшенных шайбах, она всегда к тебе «отскочит», и тебе только останется забросить. Все умеют бросать: на тренировках нет игроков, которые никогда не забивали. Если не идёт, значит, нужно чем-то другим приносить пользу команде. Потом придёт время — удастся переломить эту неудачную серию.

— В недавнем матче с «Металлургом» ты получил жёсткий удар от соперника и не смог продолжить игру. Что чувствовал в тот момент?
— Я секунд пять полежал, приехали ребята, спросили, смогу ли я сам доехать до лавки, на что я сказал, что нет. После этого меня отвели в раздевалку. Спросили, всё ли я помню, но, когда я очутился в раздевалке, более-менее пришёл в себя, понял, что вообще ничего не помню. Мне показывают видео, что я около минуты лежал, ребята пошли за меня заступаться — за что им спасибо большое. Потом уже, на удивление, достаточно быстро начал приходить в себя. Память моментами вернулась. На следующий день вышел на лёд, понимаю, что более-менее ощущения нормальные. Тренеры поставили меня на следующую игру, и, в целом, я был готов играть. Если вечером после матча я ещё чувствовал, что голова немного «квадратная», то на следующий день становилось всё лучше и лучше. Слава богу, всё обошлось.

— Что ты делал вечером после той игры, когда чувствовал, что голова «квадратная»?
— Ничего особенного не делал: поужинал — и меня сразу стало клонить в сон. Обычно после игр долго не могу уснуть, а тут сразу. Видимо, голова сказала, что нужно идти отдыхать. И я последовал её совету, высыпался до тренировки следующего дня.

— Считается, что если у тебя есть какая-то микротравма, то в регулярном чемпионате есть возможность поберечься и пропустить пару игр, но при этом в плей-офф хоккеисты зачастую выходят на лёд даже с серьёзными повреждениями. Были ли в твоей карьере такие эпизоды?
— Да, конечно, были такие моменты, и не раз. Я и в регулярных чемпионатах с переломами играл, и как угодно. Но бывают такие травмы, когда ты не можешь выйти на лёд, а бывают, когда на уколах, через боль, но играешь. Если я чувствую, что могу выйти, я стараюсь выходить всегда. А дальше уже решение за тренерским штабом: ставить меня на игру или не ставить.

— К примеру, ты знаешь, что у тебя перелом и что тебе нужно полностью выкладываться в матче. Может ли тебе это как-то мешать? Как прогнать эти мысли, чтобы ты не вспоминал о травме во время игры?
— Ставишь обезболивающие уколы в большом количестве и забываешь о том, что у тебя что-то болит. За счёт этого минимизируешь рефлексы, которые, так сказать, берегут травмированное место. Тут по-другому никак.

— В начале декабря у команды было четыре дня выходных. Как провёл это время?
— Отдохнул, перезагрузился. За четыре дня сложно что-то успеть сделать. Поднакопил эмоций и готов с новыми силами идти в бой!

— Часто ли удаётся во время таких пауз приезжать в родной Ярославль? Или тебе легче никуда не дёргаться и оставаться в Екатеринбурге?
— По-разному – когда как. Одного определённого времяпрепровождения нет, всегда события складываются разным образом.

— Если пофантазировать и предположить, что в году есть один день, который ты можешь провести именно так, как хочется тебе, то как бы ты этот день распланировал?
— Тяжело сказать. Пусть этот день будет без игр и без тренировок, но с Кубком. Мы его выиграем, и это будет день, который я проведу с ним. Я не буду ни играть, ни тренироваться, но буду проводить время с ним. Это будет очень приятный день.

— Есть мысли о том, как проведёшь предстоящие новогодние праздники? Какие подарки будешь дарить друзьям и родным?
— Пока что планов никаких нет, да и особо об этом не думал, но, видимо, пора в ближайшее время этим заняться. А проводить Новый год буду здесь, в Екатеринбурге, либо дома, либо в гостях у ребят: сядем, посмотрим фильмы, как обычно, покушаем оливье, бутербродики с красной икрой и будем отсыпаться, потому что второго числа у нас уже тренировка, а третьего улетаем на выезд, и дальше — игры, игры, игры. Не до релакса, так скажем. Но все традиции соблюдём — это обязательно.

— А перед Новым годом тренеры предостерегают вас, чтобы вы не налегали лишний раз на оливье? Может быть, грозятся тем, что второго числа будут взвешивать?
— Могут намекнуть на это, но я думаю, что ребята много раз проходили через такое, так что лишний раз никому ничего и говорить не надо. Все прекрасно понимают, что если чуть-чуть дать слабину, то потом тяжело будет это наверстать. Думаю, что все будут держать себя в ритме, в тонусе и в фокусе. И злоупотреблять салатами, бутербродами и детским безалкогольным шампанским никто не будет.

— Хотел бы поговорить с тобой немного о внутренней жизни команды. Летом мы делали опрос: кто самый активный в чате игроков. Многие назвали Сергея Зборовского. Прошло три месяца — что-нибудь изменилось?
— Всё плюс-минус также. Но сейчас Толя Голышев активизировался и Ромка Горбунов — может тоже похихикать лишний раз.

— А кто в чате админ? Кто добавляет новичков и удаляет ушедших игроков?
— Админ у нас — Артём Альбертович Ширгазиев. Он добавляет, удаляет, скидывает расписание и какие-то важные моменты. Админ не по названию, а по объёму работы и функционалу.

— Год или два назад команда вместе с тренерами собиралась в гольф-клубе и провела турнир. Кто тогда победил?
— У нас тогда Кёртис Волк был вне досягаемости — он очень хорошо играет. И ребята, которые тренируются в гольф-клубе, сказали, что, если бы он заявился на чемпионат России, то был бы в десятке по уровню игры. Насколько я понимаю, он с детства играет, и он в полном порядке. Я такого вживую раньше не видел, поэтому среди нас он вне конкуренции. Да, он бы и профессионалов, как оказалось, обыграл. 

— А ты в каком виде спорта можешь назвать себя топчиком, помимо хоккея?
— Не знаю, во всех по чуть-чуть. Летом люблю поиграть в теннис и баскетбол. Раньше в межсезонье мы часто собирались с ребятами играть в баскет, сейчас реже. Сейчас я на теннис перешёл. А так я стараюсь играть во всё по чуть-чуть. Падел-теннис не так давно попробовал. В бильярд тоже всегда играли, собирались, сейчас чуть реже. Иногда в бассейн можно сходить поплавать. Всё полезно. В карты тоже можно иногда поиграть. Всё в копилочку, всё полезно. Хоккеист должен быть всесторонне развитой личностью. С детства наш тренер вбивал нам это в голову и заставлял играть во всё. Я сейчас подрос и с ним полностью согласен: игровое мышление должно быть на уровне, а это и прививается через различные игры.

— После побед в раздевалке команды играет один из хитов Булановой «Мой ненаглядный». Как тебе эта песня? Как проводились выборы победного трека и за какой голосовал ты?
— В группе, в командном чате, у кого какие варианты были — накидали, потом голосовали и выбирали какой-то один. Я, честно, не помню, за какой голосовал, но почему-то мне кажется, что тоже за эту песню.

— Она с большим отрывом победила?
— Да, с явным преимуществом. Но сейчас пару разговоров было: не заменить ли нам эту песню. Может быть, рассмотреть что-то поэнергичнее, повеселее, что-то более запоминающееся. Хотя к Тане Булановой вопросов никаких нет — замечательная песня. Но, может быть, в будущем заменим, не знаю.

— Сейчас у многих игроков есть свои голсонги. Чей нравится тебе больше всего?
— У меня «Анатолий-Анатолий» — вне конкуренции, его ещё пока никто не перебил. У меня тоже неплохой, но мне как только его включили, я всё забить не могу. Может быть, его отменить и поставить Буланову или музыку без слов — опять забивать начну (смеётся — прим. ред.). Можно на парочке матчей попробовать для профилактики. Хотя я в этом плане не суеверный человек, но тут такая ситуация, что готов попробовать всё.

— Однажды в интервью «Новому радио» Артём Каштанов назвал себя «Соколёнком Данила Романцева». Откуда взялся такой мем?
— Когда Женя Кузнецов приехал в СКА, там какой-то молодой парень сказал что-то наподобие «Чувствую себя соколёнком…», то ли «Женя Кузнецов называет меня соколёнком», или «Мы тут соколята». Мы с Каштаном до сих пор в тройке играем, а тогда с нами был ещё и Макс Денежкин — чаще всего таким сочетанием играли. И я им говорю: «Я ваш старший товарищ, а вы мои соколята». А после этого он пошёл на радио. Я не думал, что он это где-то озвучит, но молодец — не побоялся. До сих пор я его соколёнком называю, прилипло это к нему.

— Если подвести итоги первой части сезона, то как бы ты мог охарактеризовать её для «Автомобилиста»?
— Начало получилось скомканным ввиду травм у очень большого количества хоккеистов, наших ведущих игроков. Поэтому такую цельную оценку лично мне сложно дать, я не уверен вообще, что это моя работа. Пусть нас оценивает руководство, болельщики, тренеры. Я не сторонник того, чтобы этим занимались игроки. Я бы хотел, чтобы вторая половина прошла лучше, чтобы у нас не было травм. И самое главное — чтобы к плей-офф мы подошли в самой хорошей, боевой форме. А там уже двигались от матча к матчу, лучше и лучше.

— Для тебя сама игра в плей-офф — не атмосфера, а непосредственно матч — сильно отличается от регулярного чемпионата и в чём это выражается?
— Уровень ответственности намного выше, и из-за этого давление серьёзнее. А также все более сконцентрированы, все понимают, что цена ошибки выше, и отсюда игры такие — кость в кость, и разница в счёте минимальная. Да, бывают исключения, но борьба в этих играх на другом уровне. Больше стоит на карте. Адреналина, конечно же, больше, особенно в седьмых матчах и овертаймах — там уже другие эмоции. Проход в другой раунд — не то же самое, что выигранный матч регулярного чемпионата. Да, это тоже важно и приятно, этого никто не отменял. В принципе, суть игры остаётся такой же: кто меньше допустит ошибок, кто больше забьёт голов, кто кого переиграет и перехитрит. Но в плей-офф за счёт атмосферы, за счёт эмоционального фона всё увеличивается вдвое-втрое, и всё чуть по-другому ощущается. Хотя, по большому счёту, нельзя делить матчи предсезонки, регулярного чемпионата и тем более плей-офф. Нужно всегда выходить и выигрывать. Я не сторонник говорить, что в плей-офф совсем другой хоккей. Да, с эмоциональной точки зрения он отличается, но, по сути, нам и сейчас не позволительно матчи проигрывать. Никто не расстроится, если мы сейчас наошибаемся или крупно проиграем? Да нет, конечно, это бред. И за счёт тех же вещей выигрываются все матчи: кто меньше потерь допустит, кто меньше ошибок допустит, кто в лучшей форме подойдёт к матчу — все те же самые вещи. Но все почему-то говорят, что в плей-офф другой хоккей. Хоккей тот же, а эмоциональный фон и уровень ответственности за счёт антуража — другие.

Теги: Данил Романцев